Брянская развилка: Ковальчук может взять на себя ответственность за региональный АПК и достигнуть соглашения с Богомазом - или начать выдавливание старой элиты. Аналитика АПЭК
16.05.2026
После относительно спокойной отставки Александра Богомаза с поста губернатора Брянской области актуализируется вопрос о том, в какой мере он сохранит влияние на агробизнес региона. Речь не только о так или иначе связанных с ним активах. В регионе работает группа «Мираторг», ключевая «дочка» которой в регионе, «Брянская мясная компания», выступает системообразующим бенефициаром бюджетной поддержки. Интригой ближайшего периода становится то, будет ли контроль над аграрной сферой постепенно передан врио губернатора Егору Ковальчуку или Москва попытается сформировать новую конфигурацию влияния региональной власти на АПК.
Ротация Богомаза стала одной из самых «бережных» в череде губернаторских отставок последнего времени. Он переходит в Государственную думу: сначала как получатель вакантного мандата, а осенью — с перспективой закрепиться в новом созыве по списку «Единой России» от Брянской области. Богомаз перемещается из губернаторского кресла в думское, сохраняя и статус, и прямой канал влияния на регион. Для самого Богомаза сильные позиции в области весьма значимы - для сохранения контроля над бизнесом, который развивается на Брянщине под его личным патронажем. Одной из первоочередных задач экс‑губернатора становится выстраивание договорённостей с преемником о сохранении преференций для связанных с ним структур.
При назначении губернатором Богомаз вышел из состава учредителей ряда компаний, но реальная структура агробизнеса с ним прямо связана: активами владеют супруга и сыновья. Ольга Богомаз — единоличный владелец ООО «Меленский картофель» и держатель контрольного пакета (51%) в ООО «Картофельный альянс», а КФХ «Богомаз» владеет примерно 13 тысячами гектаров в трёх районах области и крупным складским комплексом для хранения картофеля. Это не просто успешное семейное хозяйство, а большой холдинг, глубоко интегрированный в региональную экономику и инфраструктуру.
С уходом Богомаза неформальную защиту губернатора теряет и бизнес его ближайшего окружения. Соучредитель «Картофельного альянса» Александр Жутенков и один из инициаторов раздела бывшего совхоза «Берновичи» Валентин Суббот ранее получили мандаты депутатов разных уровней; ещё один давний представитель картофельного бизнеса возглавил крупный агрохолдинг «Добронравов Агро». По существу вокруг экс‑губернатора сложилась целая «картофельная группа», которая располагает не только земельными и производственными активами, но и политическими позициями федерального уровня.
Потеря губернаторского статуса не устраняет это влияние автоматически. Однако необходима его перезагрузка - нужна новая система договорённостей с новой региональной властью и федеральными игроками.
Это объективно подталкивает Богомаза к заключению устойчивого неформального соглашения с новым врио — Егором Ковальчуком, который, судя по биографии, не ориентирован на старые брянские элиты и лично на экс‑губернатора.
Ковальчук — выходец с Южного Урала, бывший министр промышленности Челябинской области, экс‑мэр Миасса, выпускник «школы губернаторов» и бывший председатель правительства ЛНР. Очевидно, он должен привнести в Брянск управленческий стиль «проектного технократа», а не продолжать линию «фермер‑губернатор». Это создаёт очевидное поле для противоречий: у нового руководителя мандат на обновление элит и бизнеса, а у его предшественника — интерес сохранить неформальное влияние на ключевые отрасли.
Значительная роль региона в федеральной повестке усиливает внимание к тому, как будет решён вопрос с «Мираторгом». Именно эта компания демонстрировала знаковые проекты по мясному скотоводству и птицеводству, а Брянская область фактически стала витриной аграрного рывка.
Уже в середине 2010‑х внимание к субсидированию «Брянской мясной компании» стало предметом громких дискуссий: по данным АККОР, в 2014 году из 1,419 млрд рублей субсидий на мясное производство 1,4 млрд — около 98% — достались именно этой структуре, а остальным нескольким десяткам хозяйств оставалось всего около 19 млн. При Богомазе эта диспропорция лишь воспроизводилась. В 2016‑м «Брянская мясная компания» снова получила подавляющую часть региональных субсидий на отрасль.
Для Москвы эта конфигурация удобна: через одного крупного игрока проще контролировать показатели и отчётность, осуществлять «витринные» проекты. Для местных аграриев и части элит поддержка холдинга стала источником тихого раздражения.
Очевидно, что и перед Ковальчуком будут ставиться задачи по сохранению особого режима для «Мираторга» — как одного из ключевых игроков АПК, с которым федеральный центр связывает и продовольственную повестку, и имиджевые инициативы. В этой логике новая роль Богомаза становится неопределённой. С одной стороны, ему выгодно сохранить в регионе и прямо контролируемый им бизнес, и участие — пусть опосредованное — в контроле над «Мираторгом», связанном с ним агрокластером и рериональным АПК в целом. С другой — Ковальчуку могут дать мандат на осторожную переконфигурацию субсидий в АПК и влияния отрасли.
Если врио губернатора будет постепенно отстранять Богомаза и его партнёров от стратегических активов за счёт перераспределения субсидий, пересмотра земельных договоров, усиления контроля над инфраструктурой, почти гарантированно начнется противостояние. У экс‑губернатора, обладающего депутатским мандатом и связями в отраслевом регулировании, достаточно инструментов, чтобы усложнить жизнь команде Ковальчука: от лоббизма на федеральном уровне до аккуратной критики возможных решений в медиа.
Стратегия самого Ковальчука по перезагрузке брянских элит и активов пока остаётся неочевидной. Его уральский и луганский опыт — это управление промышленностью, муниципалитетом и специфической территорией военного времени, но не купирование многолетних аграрных конфликтов и не форматирование конкурирующих бизнес‑групп. А значит, опираться ему придётся главным образом на федеральную поддержку и аккуратную работу с ключевыми игроками «на земле». Если Ковальчук попытается провести жёсткую зачистку без опоры на понятный для центра план развития региона, возможный конфликт с группой Богомаза может быстро выйти за приемлемые рамки.
За мягкой по стилю ротацией в Брянске скрывается куда более жёсткая развилка. Либо Москва фиксирует гибридную модель, в которой врио губернатора берёт на себя публичную ответственность за сложившиеся схемы влияния и контроля в АПК, а бывший губернатор сохраняет заметное влияние на агрокластер и «Мираторг», либо центру придётся поддержать болезненное выдавливание старой команды из экономики — с неизбежными элитными потерями и рисками для управляемости ситуацией в регионе.
