у наших идей
есть энергия
+7 (499) 255 53 77

+7 (962) 907 90 98
 

Игра в "праймериз"

Игра в "праймериз" 23.05.2016

Дмитрий Орлов, Александр Кынев, Борис Надеждин, Константин Мерзликин, Григорий Мельконьянц – о фальсификациях и выборах

Многочисленные скандалы на прошедших 22 мая "праймериз" "Единой России" и конфликт в связи с предстоящими 28-29 мая "праймериз" в Партии народной свободы (ПАРНАС) обсудят:

политолог Александр Кынев, член Высшего Совета партии "Единая Россия" политологДмитрий Орлов, заместитель председателя ПАРНАС Константин Мерзликин, сопредседатель Совета движения в защиту прав избирателей "Голос" Григорий Мельконьянц, политик Борис Надеждин.

Ведет передачу Михаил Соколов.

Михаил Соколов: Сегодня в центре нашего внимания большая игра в так называемые "праймериз" – предварительные выборы. Якобы более 8,5 миллионов человек или около 8% избирателей пришли в воскресенье на партийные избирательные участки для предварительного голосования за кандидатов в кандидаты Думы от "Единой России".

Многочисленные скандалы, которые произошли 22 мая на этих самых праймериз, обсудят наши гости – это политолог Александр Кынев и сопредседатель совета Движения в защиту прав избирателей "Голос" Григорий Мельконьянц. Надеюсь, к нам присоединятся и другие коллеги: член Высшего совета партии "Единая Россия" политолог Дмитрий Орлов и зам председателя Партии народной свободы, ПАРНАС, Константин Мерзликин.

Я процитирую кое-что с сайта "Открытой России": "Учащимся школ в селе Криводановка вклеили в дневники объявление о праймериз "Единой России". В пермском детском саду аниматоры в костюмах Фиксика и свинки Пепы рассказывали детям, что главные волшебники – это участники праймериз "Единой России". Объявление о работе на предварительных выборах были в Ленинградской области и за голос, как выяснилось, платили по 500 рублей.

РБК разоблачил схему фальсификаций. Корреспондент ездил по Подмосковью с так называемыми "карусельщиками" и успешно проголосовал на этих праймериз 9 раз. Депутат Госдумы от "Единой России" Мария Максакова жаловалась с утра, что на участке в Петербурге за час проголосовал реально один человек, а в урне было около 500 бюллетеней. И на Сахалине во время этих самых праймериз наблюдателя избили и пытались душить за попытку зафиксировать принудительное голосование.

Зачем весь этот ужас был устроен?

Александр Кынев: Репетиция, я думаю, так можно сказать. На самом деле, если говорить о смысле праймериз, то нужно разделять, смысл праймериз в окружающем мире и смысл праймериз в России – это не одно и то же. Если говорить о смысле праймериз в мире, появились они, как известно, в США по сугубо прагматической причине. То есть они возникли потому, что мажоритарная система относительного большинства, когда победитель, неважно, какой у тебя отрыв, даже с перевесом в один голос тебя выбрали.

Соответственно, побеждает тот, чей электорат более консолидирован, проигрывает тот, чей электорат расколот. Партии заинтересованы как можно раньше договориться, найти самого сильного кандидата среди близких по взглядам, для этого как раз проводятся праймериз. В США самая большая традиция. Остальной мир, Мексика, Израиль, Великобритания, Франция и так далее, в основном моду на праймериз – это даже не 1980-е – это 1990-е годы.

Что интересно, праймериз проходит не только в странах, где мажоритарная система, но и пропорциональная. В России они стали активно внедряться после 2007 года, а в 2007 году и в 2011-м у нас были только партийные списки, округов не было. Поэтому я бы сказал так, что здесь, во-первых, есть элемент моды. Наше отношение к Штатам – смесь любви и ненависти. Постоянно во всех своих бедах у нас любят винить Соединенные Штаты, но с точки зрения технологий, институтов мы видим попытку скалкировать какие-то американские образцы. Сам термин "праймериз" американский первичные выборы в переводе. Первоначальная идея была некое следование западным эталонам, стандартам, показать, что мы развиваемся не хуже, чем другие страны. Какой практический смысл в России? Если в Штатах смысл изначально был отобрать самых сильных кандидатов, в наших условиях, на мой взгляд, изначальный смысл был несколько другой. Главный смысл – это был пиар, это была попытка как можно раньше начать избирательную кампанию. Когда все остальные проводят переговоры, совещания, конференции, "партия власти" фактически тем самым первая занимает информационное поле, начинает раскручивать кандидатов, а все остальные, когда начинают кампанию, уже кампания партии идет, таким образом она получает дополнительную фору. Возникает резонный вопрос: а что мешает остальным вести себя так же, почему нет праймериз у эсеров, у остальных?

Михаил Соколов: У ПАРНАСа есть, точнее, будут.

Александр Кынев: У ПАРНАСа точнее были в прошлом году. В этом году мы увидим. На мой взгляд, тот факт, что такую довольно успешную информационную технологию, как предварительные выборы, использует только одна партия, – это индикатор качества политической конкуренции. Потому что, если бы остальные партии всерьез реально претендовали на хороший результат, если бы они всерьез хотели победить, они бы тоже проводили подобные процедуры. Но, видимо, желания, потребности в этом нет.

В этом смысле, мне кажется, то, что "Единая Россия" проводит праймериз фактически как единственный участник этого процесса, это тоже в каком-то смысле диагноз политической системы и "серьезности" борьбы.

Реально в этот процесс включился только ПАРНАС в прошлом году. Действительно в прошлом году они провели, учитывая ресурсы, неравенство и так далее, вполне себе. Там несколько другая формула, там был акцент на идеологических активистов, а не на всех избирателей, то есть другая концепция немножко, но пиара было достаточно много. В этом году развалилась коалиция сама по себе, поэтому странно ожидать каких-то результатов. Главное резюме: фундаментальная причина – это был пиар. Мы поговорим позже о других причинах. Но все остальное уже выступает как гарнир.

Михаил Соколов: Мне кажется, что очень много получилось для тех, кто пользуется альтернативными источниками информации, как раз анти-пиара. Тут и административное давление, и "карусели", фальсификации и прочее. Весь день неофициальные средства массовой информации, а не официальные, забиты именно этим.

Григорий, вы ходили на участок, проголосовали. Зачем и что вы там увидели?

Григорий Мельконьянц: Я решил, что должен обязательно принять участие в этой процедуре, надеюсь принять участие в "праймериз", которые будет проводить ПАРНАС, с тем, чтобы изнутри оценить, одеть шкуру избирателя.

Михаил Соколов: Вы хотите подорвать эту партию изнутри?

Григорий Мельконьянц: Мне это интересно как специалисту. Я на свой участок в Химках пошел, увидел достаточно много озадаченных людей, которые путали, то ли это праймериз, то ли это выборы, пытались понять, а где же другие политические партии в этом процессе. Мне дали 6 бюллетеней достаточно длинных, я понял, что разобраться даже мне в том, кто эти люди, практически невозможно. Я оставил там свои персональные данные, у меня попросили мой телефон, записали мой адрес. Списки составляются наживую, у них предварительно нет фамилий, списки заполняются по тем, кто пришел. Я с надеждой жду, что партия будет использовать мои персональные данные, будет связываться со мной, как-то продолжать диалог, чтобы понять, насколько действительно персональные данные, которые в огромном масштабе партией были собраны, это и домашние адреса, это и телефоны.

Михаил Соколов: Надеетесь, что вам предложат продуктовый набор?

Григорий Мельконьянц: Я не знаю, что предложат. Но на самом деле одна из задач – это собрать данные людей, которые так или иначе пришли на эти избирательные участки, привели, кто-то перепутал, кто-то действительно сторонник этой партии, пришли, оставили свои персональные данные. Что они дальше с ними будут делать – это большой вопрос.

Если дополнить то, что сказал Александр, мне кажется, что для "Единой России" то, что было в 2011 году – это большой стресс. Эти праймериз они тоже сейчас воспринимают как репетицию, но репетицию с какой точки зрения. Они понимают, что пресловутый административный ресурс портит им карму, портит репутацию. Они хотят получить результат, но не с такими скандалами. То, что они сейчас заинтересованы собрать все эти формы возможной борьбы нечестной со стороны членов партии, участников праймериз, чтобы пресечь на будущее публичные формы скандалов, чтобы если что-то и происходило, то менее гласно, чтобы это все не было так заметно.

Михаил Соколов: Игорь Эйдман, кстати говоря, написал: "Для чего были нужны "Единой России" праймериз? Это обучающий тренинг по фальсификации выборов, генеральная репетиция перед сентябрьским голосованием. Сейчас будет разбор полетов, где прокололись, почему вбросы и "карусели" заметили журналисты, как в следующий раз прятать концы в воду, какую методику фальсификаций удобнее применять.

У нас на линии член Высшего совета партии "Единая Россия" политолог Дмитрий Орлов. Видите, сколько критики в адрес вашей замечательной партии.

Дмитрий Орлов: Это неудивительно на фоне определенного набора спикеров. Во-первых, приняло участие больше, чем вы сказали, 10 миллионов 400 тысяч.

Михаил Соколов: Это вы сами писали в 17 часов, я вам поверил, а вы меня обманули.

Дмитрий Орлов: Это было в 17 часов, но с 17 до 20 часов – это еще три часа.

Михаил Соколов: То есть за три часа полтора миллиона набежало?

Дмитрий Орлов: Если говорить о тех накладках, которые были, о которых говорят коллеги, они были прежде всего вызваны тем, что явку на праймериз, американский опыт подсказывает, ее очень трудно предсказать. Есть индикативные показатели, 10% условные, к которым готовились региональные отделения, есть 13% опрос ВЦИОМ, но реально пришло больше людей, причем неравномерно больше, на некоторых участках стояли огромные очереди. Это традиционно, между прочим.

Михаил Соколов: В Бурятии, например, говорят, была команда "приведи с собой 10 человек". Есть фотографии, как в 8 утра ломились на избирательный участок.

Дмитрий Орлов: Можно обсуждать нарушения, которые были, на любых выборах есть нарушения. На мой взгляд, во-первых, на полюсе избыточной административной мобилизации или использования административного ресурса и полюсе активности самих кандидатов, часто люди ресурсные, известные, на мой взгляд, на полюсе административной мобилизации как раз сработала прививка предыдущих выборов.

Административная мобилизация была намного ниже. Лотереи, некоторые возрождения методов 1990-х – это было связано с активностью кандидатов. Но в любом случае ни по своему характеру, ни по масштабам эти нарушения всю процедуру предварительного голосования под сомнение поставить не могут.

Я хотел бы возразить коллеге по поводу ПАРНАСа и других организаций. Как раз есть попытки скопировать достаточно удачный опыт "Единой России". Этим занимается ПАРНАС, этим занимается Компартия, которая реализует свой проект "Гражданский совет", но оба этих проекта неудачны. ПАРНАС, потому что на их праймериз приходят кратно во много раз меньше.

Михаил Соколов: Они в интернете, к ним приходят в интернет.

Дмитрий Орлов: Так или иначе, в прошлом году это было визуально заметно, сейчас в интернете. Они не могут мобилизовать сопоставимое количество сторонников, им очень трудно найти мотивы, связанные с властью, которые мешают им мобилизовать.

А что касается Компартии, то они просто предлагают слабый приз. Что такое приз помощника депутата Госдумы, за который надо бороться достаточно активным и деятельным людям. Конечно, этот проект не слишком эффективно выглядит. По результатам праймериз "Единой России", на плечах деятелей "Единой России", на плечах праймериз, критикуя праймериз, оппозиционные партии пытаются занять информационное поле на следующем этапе политического процесса, войти в избирательную кампанию, критикуя правящую партию. Вот с эти связаны все претензии о нарушениях, о которых вы говорите.

Михаил Соколов: Я хочу уточнить такую вещь. Скажем, мы получаем сейчас информацию, что господин Шувалов проиграл известному гееборцу Милонову. Или, скажем, господин Пушков, председатель международного комитета Думы, оказался в Пермской области вместе с депутатом Трапезниковым на 6 или на 7 месте. Значит ли это, что их не могут выдвинуть, они проиграли, съезд их не будет выдвигать кандидатами в депутаты?

Дмитрий Орлов: Съезд может поддержать отдельных лидеров, отдельных известных политиков, но это очень ограниченный список. И то это касается списочной части. Те же, кто потерпел поражение в одномандатных округах и по спискам не баллотировался, насколько я могу судить, это из логики регламента вытекает, они не смогут баллотироваться в Государственную Думу.

Михаил Соколов: У нас сейчас на линии Борис Надеждин, не член партии "Единая Россия", но участник праймериз. Очень интересный проект в Подмосковье, Борис Борисович видный либерал в прошлом, решил вписаться в эту кампанию. Ну что, Борис Борисович, проиграли вы Ирине Родниной? Говорил я вам: не садитесь за один стол с наперсточниками.

Борис Надеждин: Во-первых, у меня ни разу не было цели выиграть эти праймериз.

Михаил Соколов: А что же было целью?

Борис Надеждин: Меньше всего я хотел вступать в "Единую Россию" и быть в ее списке, честно говоря. Целью было очень простое – раньше начать избирательную кампанию и разогреть округ. Это я сделал совершенно блестяще, явка в моем округе одна из самых высоких, около 11%.

Михаил Соколов: Вы много проиграли?

Борис Надеждин: Это хороший вопрос. До сих пор там нет еще официальных данных. Наблюдателям, к сожалению, не удалось получить протоколы. Из тех протоколов, что у меня есть, я могу сказать, что у Родниной процентов 80 победа, по официальным данным, у меня где-то 15-20. Это очень хорошо, если я на поле "Единой России", на чужом поле получил 20%, значит у меня все хорошо, хорошие шансы выиграть округ в дальнейшем.

Михаил Соколов: Я видел около Шереметьево висит ваш красивый портрет, тоже хорошо сделанный. Предвыборной кампании еще нет, а вы там есть.

Борис Надеждин: Я старался. Он так и будет висеть.

Ссылка


Возврат к списку